13:27 

Танка Морева
Название: Ломтик медового лета
Автор: Танка Морева
Бета: mummi, kasmunaut
Категория: слэш
Пейринг: Сириус/НМП, Джеймс/Лили
Рейтинг: PG-13
Жанр: драма
Размер: ~ 6 936 слов
Саммари: Первое лето после Хогвартса Сириус скучает, экспериментирует и случайно открывает кое-что о себе, чего бы не хотел знать.
Предупреждение: гарриблэк
Примечание: Фик написан на фест "Still life" на Polyjuice Potion, 2015

На выпускной бал Сохатый пошел вместе с Эванс, что было совершенно предсказуемо, как и кубок квиддича у Гриффиндора, и спутница Сириуса — первая красавица Хогвартса, малышка Хизер с Хаффлпаффа.

Но вот то, что Сохатый за весь бал ни разу не вспомнил про друзей, а в спальню пришел позже всех, когда и Хвост, и Луни сопели в подушки, этого никто не мог предугадать.

Настоящее свинство, на взгляд Сириуса, если бы кто вздумал спросить его мнения. Семь лет мародерского братства променять на девчонку, да и еще и зануду Эванс! Пусть и симпатичную зануду.

Из-за нее вечер получился не таким веселым, как планировался. И Сириус, обломав малышку Хизер с изучением астрономии, — для лучшего запоминания материала подкрепленным, конечно же, поцелуями, — весь вечер дожидался Сохатого, изнывая от досады. Уснуть у него так и не вышло, поэтому возвращение влюбленного Ромео далеко за полночь он не пропустил. Сперва тихонько скрипнуло окно, в комнату ворвался шелест ветра, а потом глухо стукнуло: это Сохатый влетел на метле и осторожно поставил ее возле своей кровати. Сириус умело притворился спящим: закрыл глаза и замер, но Сохатый уселся к нему на кровать и зашептал как ни в чем не бывало:

— Мягколап, представляешь? Послезавтра я знакомлюсь с ее родителями. Ты же поможешь мне купить одежду магглов, чтобы не выглядеть идиотом?

Пришлось открывать глаза.

— Знакомство с родителями? Ну ты и влип! Сочувствую, дружище.

— Я самый счастливый человек!

В лунном свете, льющемся из окна, было видно, как Сохатый мечтательно улыбается.

— Она такая… Ты не знаешь, какая она, Мягколап.

— Конечно, я же ни разу не видел ее за семь лет учебы.

— Мне очень повезло…

Сириус фыркнул, и с кровати Луни в них полетела подушка.

— Дайте выспаться, гады.

Сохатый пихнул Сириуса, и тот перекатился на бок, освобождая место. Сохатый нырнул к нему под одеяло и, щекоча своим дыханием, опаляя левое ухо, принялся рассказывать об Эванс. Заодно — в качестве компенсации, не иначе, — он пристроил ледяные ступни к щиколоткам Сириуса. Тот бы дал ему пинка или по шее, но после хорошего раздумья решил не дергаться: поднимется шум, Луни разозлится, а Сохатый, ничего не заметив, так и продолжит витать в облаках, лежа на полу. Толку его вразумлять? Мозги отбиты напрочь бладжерами любви. Была надежда, что именно Мародерам удастся от них уклониться, но, увы, даже лучшие представители человечества, такие классные охотники, как Сохатый, избежавшие сотни бладжеров на поле, попались под раздачу вне игры. Проще потерпеть.

Терпеть пришлось долго: Сохатый, восхищаясь каждым ее жестом, словом, улыбкой, принялся дословно пересказывать, что сказал Эванс и как она отреагировала. Сириус узнал то, что предпочел бы никогда не знать: что она любит, какая была в детстве, как по-разному могут блестеть ее глаза, какие на ощупь у нее волосы и насколько бархатиста кожа.

Уснул он где-то между медово-цветочным запахом Эванс и ее серебристым смехом. Скорее всего, увлекшийся Сохатый этого даже не заметил.

Утром замок опустел: всех, кроме семикурсников, увезли в каретах до Хогсмида, а потом на поезде. А их зачем-то оставили до вечера. После прощального ужина директор произнес прочувствованную речь о новом пути и о том, что, по традиции, он начнется так, как и семь лет назад — с лодок.

Семь лет назад они с Джеймсом сели в одну лодку и с предвкушением разглядывали башни Хогвартса. Поэтому Сириус вполне логично ожидал повторения их традиции. Хвост уже уселся с Луни, Сириус остался на берегу, выискивая опаздывающего друга. Но Сохатый пришел с Эванс и, ни на кого не глядя, сел с ней в лодку и всю дорогу пялился на ее лицо, будто нашел там что-то интересное. Мерлин! Они держались за руки!!! Мало того, он еще и восторженно улыбался, будто его стукнули конфундусом. Сириус отвернулся, чтобы не видеть это безобразие, и всю дорогу до Хогсмида не отрывался от гриффиндорской башни.

Несмотря на обещания директора, никакого предвкушения и восторга, он не испытывал. Горечь и грусть — этого добра было в избытке, и Сириус списал его на скуку. От скуки ему даже показалось, что он не будет больше никогда так счастлив и так беззаботен, что прежняя жизнь кончилась и ее не вернуть. Но как только лодка причалила к берегу и он ступил на твердую землю, все выветрилось, как обычный морок.

В поезде Джеймс едва ли провел с ними минут пять. Всю дорогу до Лондона он проторчал где-то с Эванс, тоже вполне ожидаемо. Мародеры вытерпели без жалоб: ничего, у них впереди целое лето, пусть Эванс, бедняжка, насладится последними минутами счастья.

На вокзале сладкая парочка наконец-то отклеилась друг от друга: Эванс побежала к своим родителям, а Сохатый вернулся к друзьям.

Всех встречали родители. На платформе толпились колдуны и ведьмы, обнимали своих взрослых отпрысков, этим самым безжалостно позоря их перед сверстниками. Луни высматривал отца, а Хвост — мать. Сириус стоял рядом и готов был лопнуть от нетерпения.

Его и Сохатого никто не встречал. Родители Сохатого умерли пару лет назад, родители Сириуса, к счастью, выжгли его с гобелена. Оставался дядя Альфард, но он считал племянника взрослым и способным самостоятельно добраться до дома, когда тому вздумается. Или остаться у друзей безо всяких разрешений.

— Какие планы на лето? — спросил Сириус у Хвоста и Луни, когда к ним подошел Сохатый. Ждал ответа он больше, конечно, от Сохатого.

— Я займусь поисками работы, — отозвался Луни. — Что-нибудь с плавающим графиком, чтобы освободить себе пару выходных в месяц.

— Посижу дома некоторое время, а там посмотрю, — ответил Хвост.

— А я буду бороться с Пожирателями смерти! — заявил Сохатый, глядя как Эвансы покидают платформу.

Он бы еще изобразил приглашение к дуэли.

— Бороться? — удивился Хвост.

— Как? — не понял Луни. — Ты пойдешь в авроры?

— Вот еще, — хмыкнул Сохатый и поправил очки. — Зачем мне аврорат? Буду действовать самостоятельно.

— Каким образом? — спросил Луни.

Сохатый пожал плечами.

— Какая разница? Подниму газеты, пойму логику атак, начну вычислять новые и мешать им.

Ну да, разумеется, а то авроры такие глупые и не могли додуматься вычислять атаки и предупреждать их.

— Один? — восхитился Хвост.

— Как мешать? — не унимался Луни.

— Например, спасать людей, помогать жертвам. Не один, конечно. С теми, кто против Волдеморта. Точное число недовольных пока не знаю, но их немало, уверен.

Сириус усмехнулся. О деталях Сохатый не думал. Ему некогда было думать, все свободное время поглощала Эванс.

— Ты хочешь создать организацию вроде тайного круга Того-кого-нельзя-называть? — ахнул Луни.

— Почему бы и нет?

— Ты же не серьезно, да? Ты же не собираешься бросать вызов Тому-кого-нельзя-называть? — пискнул Хвост.

— Я совершенно серьезен.

— Хвост хотел сказать, — вмешался Сириус, — что ты, как всегда, хвастаешься, особо не задумываясь, будешь ли в реальность выполнять все, что обещаешь.

— Я как раз очень тщательно все обдумал.

Конечно, они ему не поверили. И Сохатый, взлохматив шевелюру, рубанул рукой воздух:

— Кем будут мои дети для сторонников чистой крови? Мои дети-полукровки? Людьми второго сорта. А моя жена вообще не будет считаться человеком. Думаете, я хочу, чтобы такое будущее настало? Нет, не хочу. И сделаю все, чтобы такого не случилось.

Сириус не выдержал:

— Твои дети? Твоя жена? Сохатый, ты только что закончил школу!

— Я собираюсь сделать Лили предложение. При первом удобном случае.

— Спятил. Совсем спятил. Диагноз: заморочен. Лечение: немедленно спасать кутежом! — Сириус приобнял Сохатого за плечи. — Поспешим, друг, пока ты не заразил других. Сперва к тебе домой, потом заглянем к моему дяде. Только сдадим наших младших братьев на руки их родным.

Хвост и Луни рассмеялись.


***

Джеймс пробыл старым добрым Сохатым целых два дня. Они вдвоем отлично повеселились. Опробовали подарок дядя Альфарда — новенький мотоцикл: покатались по маггловскому Лондону. Сириус уже совершал такие вылазки и с удовольствием познакомил друга со всем, от чего тащился сам: с техникой, транспортом, музыкой. В полном восторге от удобной одежды: футболок, джинсов и спортивных ботинок — Сохатый забросил мантии подальше. И купил целый ворох пластинок. К удивлению Сириуса, старинный патефон Поттеров смог их даже воспроизвести. Всю ночь они не давали спать старой Батильде Бэгшот, слушая музыку и потягивая сливочное пиво.

Правда, на следующий вечер это не помешало Сохатому надеть костюм, захватить цветы, кольцо и огневиски (для дам семейства Эванс, для конкретной зануды Эванс и для ее отца). Он наотрез отказался пойти в маггловский клуб и предаться разврату, то есть изучить, в рамках внеклассного проекта по маггловедению, досуг сверстников-магглов — слыханное ли дело? У него явно начался брачный гон, и оставалось надеяться, что зануде Эванс удастся его немного приостановить.

Но когда на встрече Мародеров в условленное время — в первую пятницу после выпуска на Косой аллее — в паб заявился Сохатый, одетый как маггл, вместе с Эванс, Сириус понял, что надеяться глупо. И нет больше никаких Мародеров. Есть Джеймс Поттер и Лили Эванс, и есть, они, вчерашние друзья Джеймса.

И к Джеймсу теперь так просто не ввалишься через камин, если осенит новой идей. Не заскочишь послушать клевую песню. Не позовешь полетать на мотоцикле. Между развлечениями и Сохатым теперь будет вечная Эванс.

— Мы женимся, — объявил Джеймс, поднимая ладонь своей дамы, где на нужном пальце блестело кольцо.

Луни и Хвост искренне принялись поздравлять, а Сириус поступил как настоящий друг: в честь помолвки выдул две или три пинты огневиски. Выдул как следует: совершенно не представляя наутро, как попал домой.

Луни и Хвост недоумевали, чего Сириус дергается. Ничего же не изменилось. Подумаешь, Эванс перестала мариновать Сохатого. Давно пора. Стоит порадоваться за друга. Наивные идиоты! Сохатый пропал окончательно, проводя все свое время не с ними. И даже попытки Сириуса напомнить о борьбе с пожирателями и анализом статей о прошлых атаках не принесли никакого результата. Сохатый соглашался, но на завтра у него находились новые дела, и все они были связаны с Эванс. Да и коттедж в Годриковой долине требовал ремонта и смены обстановки. И все дни напролет он либо бегал на свидания с ней, либо с ней же выбирал разное барахло для дома. Сохатый и Эванс принялись вить гнездо, причем весьма основательно. А значит не за горами птенцы, страшно подумать, что получится из такой гремучей смеси. Спасайся кто может.

Так и бежали дни: Сохатый был занят, Луни мучился от социальной несправедливости и полнолуний, Хвост сидел дома, а Сириус скучал. Скучал Сириус по-своему: пускаясь в хаотичную деятельность. Днями сидел за атласом дяди Альфарда, изучая магические поселения Англии и отмечая места атак пожирателей. Вечерами катался на мотоцикле, знакомился со всеми подряд и ходил на свидания. На третьей неделе он уже не спрашивал имен спутниц — зачем, если они скоро расстанутся? Не проще ли ограничиться сладкой «малышкой»?

В очередную пятницу Мародеров он приехал с малюткой-магглой. Они познакомились на рок-концерте, девушка была влюблена в солиста, но согласилась на один вечер заменить его Сириусом. Сохатый пришел, конечно же, с Эванс.

— Сириус! — вырвалось у Эванс, когда она рассмотрела его кожаный прикид — короткую куртку и облегающие штаны, которые требовалось носить на голое тело. — Ты не оставляешь простора для фантазии!

— А ты часто фантазируешь обо мне, детка? — томно спросил он, тряхнув своими длинными волосами. И от того, как краска залила лицо Эванс и засмеялся Сохатый, Сириус почувствовал себя великолепно.

Эванс отомстила по-своему. В следующую пятницу Сохатый на встречу Мародеров не пришел, потому что у сестры Эванс была свадьба, и Сохатый предпочел свадьбу некой Туни, а не компанию Мародеров.

Без него, пусть и полностью поглощенного Эванс, вечер скис довольно быстро. Луни мучился из-за близкого полнолуния, Хвост подавленно молчал и никакого энтузиазма отправиться смотреть маггловский Лондон или подкараулить кого-нибудь подозрительного в Лютном переулке не испытывал. Так Сириус, которому не сиделось на месте, отправился за приключениями сам.

Кто ищет, тот всегда найдет — Сириус знал на собственной шкуре, что закон работает, но не ожидал, что он сработает в Дырявом котле. Он только-то и успел припарковать мотоцикл и зайти внутрь, как шесть магов в белых масках и черных плащах блокировали оба выхода: к магглам и на Косую аллею.

— Быстро на пол! Если трясетесь за свои шкуры, — гаркнул один из них глубоким басом и указал на сухонького старичка с красным лицом. — Кроме тебя.

Сириус выхватил палочку и одним махом превратил все столы в визжащих свиней. Просто потому, что трансфигурировать любой предмет в свинью считалось высшим мастерством и он отточил такие превращения до автоматизма. Столы-свиньи бросились врассыпную, точь-в-точь как на ТРИТОНах, сбивая с ног любые препятствия, в том числе и не ожидающих сопротивления пожирателей.

В Сириуса тут же полетели красные и зеленые лучи, между прочим, безо всяких предупреждений и вызовов на дуэль. Пришлось падать на пол, возвращать столы назад и баррикадироваться за одним из них.

Опомнились и посетители паба, приходя ему на помощь. Лихая дама с волосами, похожими на ржавую мочалку, принялась поливать нападавших водой из палочки. Сильного ущерба она не нанесла, но отвлекла здорово. Именно благодаря ей Том, из-за стойки левитировавший на головы пожирателей пустые бутылки, случайно вырубил одного из них, пока тот пытался наложить на себя высушивающее заклятье. Сухонький старичок, которому велели остаться стоять, достал палочку и начал громко выкрикивать проклятья, каждое серьезней предыдущего. Вне всяких сомнений, Беллатрикс бы одобрила многие.

В общем стоял форменный бедлам когда к ним добавился еще один игрок. Никто, кроме Мягколапа, не заметил, как из камина вышел колдун: среднего роста, ниже Сириуса; лет двадцати пяти — двадцати семи. С черной растрепанной шевелюрой и ясными синими глазами. Он был одет в обычную черную мантию; в правой руке палочка наизготовку. Двигался бесшумно и очень быстро.

Мягколап даже почуял запах колдуна и распознал, что колдун свой, можно поворачиваться спиной.

Пожиратели обратили на него внимание, когда тот невербальным Экспеллиармусом вышиб палочку у ближайшего истукана в белой маске и спокойно поймал ее. В него полетели заклятья, от которых он легко отклонился, шагнув влево, затем назад, потом вправо — не спеша и без паники. Довольно флегматично избежал оглушающего и взрывающего проклятий — последнее попало в колонну позади него и разнесло ее на щепки.

Вот так и вышло, что все пожиратели практически занялись им одним, теряя интерес к Сириусу и его группе поддержки и давая им минутную передышку.

Уклонялся незнакомец недолго, а его атака стала внезапной и весьма красочной. Из палочки он выпустил сгусток золотого света, выкрутил из него лассо и накинул на главаря. Тот покатился на пол, а золотая петля продолжала пеленать его, превращая в сверкающую мумию. Пожиратели с удвоенным пылом продолжали посылать заклятья, уже не стесняясь непростительных, но Империо незнакомец скинул, Круцио отразил зеркалом в дубовую стойку Тома, а от убийственного просто ушел. Он явно дрался не впервые и точно был в лучшей форме, чем все остальные в пабе. Сириус откровенно залюбовался его движениями: шаг влево, уклонение, вправо, перекат, заклятие, снова оборона. Опытный дуэлянт, непредсказуемый, ловкий, удачливый и хладнокровный, успевал не только защитить себя, но и поставить щит перед дамой с волосами-мочалкой, закрыть Тома медным котлом, выплеснуть кипяток из чайника и уронить свечи, отвлекая оставшихся пожирателей от сухопарого старичка с красным лицом. И напоследок подставил Сириусу подножку, спасая от убивающего луча.

Дама с мочалкой через камин умудрилась вызвать авроров, и Пожиратели спешно отступили, оставляя троих: придавленного свечной люстрой, оглушенного бутылкой Тома и связанного золотым лассо главаря.

— Нужно дождаться авроров, — раздались голоса кругом.

— Дожидайтесь, но этот — мой, — кивнул незнакомец на главаря.

— Что ты с ним сделаешь? — спросил Сириус, поднимаясь с пола.

— Сдам министерству за вознаграждение. Он в розыске. — Незнакомец лениво пошевелил палочкой, и маска слетела с лица Пожирателя. — Позвольте представить мистера Селвина-старшего.

— Сучонок, — выплюнул тот. — Мы заставим тебя жрать собственные кишки. Ты еще будешь умолять о смерти.

Обхватив Селвина, незнакомец вздернул его на ноги.

— Кто ты? — окликнул его Сириус.

— Охотник за головами, — ответил незнакомец, отворачиваясь и готовясь к парной аппарации

Сириус отошел за колонну, убедился, что никто на него не смотрит, и мгновенно перекинулся.

Мягколап аппарировал следом по запаху. Ему не требовался физический контакт: он почуял, куда направляются охотник с добычей, и прыгнул не думая, приземляясь прямо в атриуме министерства магии. Заскользил по мраморному полу, шумно загребая когтями по зеркальной поверхности, и смог таки остановиться прямо у стойки регистрации. У которой незнакомец сдавал преступника главе магопорядка.

Сириус внимательно проследил, как Крауч-старший протянул мешочек с галлеонами, пожал руку и подал знак аврорам увести Селвина-старшего.

Проверка закончена, можно возвращаться? Мягколап ведь рванул проверить, не врет ли незнакомец — именно так он потом объяснил свой поступок Луни и Хвосту. Но на самом деле Мягколап не захотел отпускать от себя охотника, он решил держаться рядом. Поэтому Сириус не шелохнулся. Пока незнакомец не призвал его свистом.

— Ко мне, Бродяга.

Мягколап подорвался и принялся бурно выражать свою радость, виляя хвостом и облизывая щеки незнакомца, а тем временем Сириус попытался понять: почему его назвали Бродягой? Неужели, он выглядит, как одичавший волкодав?

Вряд ли. Незнакомец, не брезгуя, почесал его за ухом, отчего Мягколапу захотелось улечься на спину и подставить брюхо.

— Что мне с тобой делать? — незнакомец потер переносицу. — Готов к аппарации?

Мягколап кивнул, и незнакомец осторожно обхватил его за шею. Они перенеслись снова в Дырявый котел, только не в обеденный зал, а в номер на второй этаж, откуда из окон был виден вход на Косую аллею.

— Давай, Бродяга, — произнес незнакомец, — превращайся.


***

Сириус хотел спросить, как незнакомец узнал, что он ненастоящий пес. Но взгляд его уткнулся в стену. На ней висела карта Англии, полностью покрытая крохотными разноцветными клочками бумаги с неясными надписями. Сириус приблизился и разглядел на клочках крошечные колдографии. Он нашел и Селвина-старшего, и Грейбека, и даже самого Волдеморта.

— Так ты не случайно оказался в Дырявом котле? Ты следишь за ними?

Незнакомец пожал плечами.

— Я же сказал, что охотник за головами. При выборе такой профессии глупо полагаться на случай, не находишь?

— Я тоже кое-что собрал. В атласе дяди Альфарда. Сейчас покажу. Можно воспользоваться камином?

Незнакомец махнул рукой: мол, да пожалуйста, валяй. И Сириус быстро, пока тот не передумал, схватил дымолетный порошок.

— И все-таки, как к тебе обращаться? У тебя есть имя?

— Конечно. Попробуешь его угадать?

Сириус перебрал с десяток имен, прежде чем предположил:

— Дэн?

— В яблочко, — засмеялся незнакомец, и Сириус, гордый от верной догадки, ступил в камин.

И только когда череда чужих очагов пронеслась у него перед глазами, прежде чем он увидел свой, до него дошло: незнакомец мог согласиться на любой вариант, не желая называть настоящее имя.

В гостиной, откуда он выскочил, как домашний эльф, вызванный хозяином, обнаружился Мародерский сбор. Бледный Луни и встревоженный, ерзающий на месте Хвост сидели на диване, Эванс расположилась в кресле, а Сохатый, в смешном сюртуке и белом галстуке-бабочке, на подлокотнике. Увидев него, все хором вскрикнули.

— Ребята, приятно, что вы мне рады. Правда, немного не вовремя, — пробормотал Сириус и кинулся наверх.

Атлас, если у него нет провалов в памяти, должен валяться в кабинете, погребенный под тонной разных бумаг со сложными подсчетами. Что только Сириус со скуки не проверял, даже астрономический альманах — безуспешно. Точно так же отбросил в сторону праздники, дни рождения некоторых Пожирателей (из числа тех, кого разыскивало министерство и кого он подозревал), счастливые арифмантические числа и прочую лабуду.

Мародеры и Эванс кинулись следом за ним, и, пока Сириус рылся в своих бумагах, Сохатый рассказал, как они все переполошились.

— Эльфиас Дож появился у Батильды и напугал ее. Мы с Лилс случайно гуляли рядом и узнали, что ты был в Дырявом котле во время нападения. Дож, кстати, хвалил твою трансфигурацию.

— Ты правда превратил столы в свиней? — спросил Луни.

Сириус энергично кивнул.

— Зачем?

— Откуда мне знать? Я действовал не подумав. У меня что, было время пораскинуть мозгами?

— Ну так вот, Дож сказал, что тебя ищут. Когда появились авроры и стали допрашивать свидетелей, оказалось, что ты пропал. Все решили, что Пожиратели похитили тебя и убили. Я пытался связаться с тобой через зеркало…

— Прости, старик, оставил его в мантии, — вздохнул Сириус.

Все эти волнения и шумиха вокруг него совсем некстати. Вдруг Дэн-не-Дэн уйдет, и Сириус его больше не увидит? И не расспросит, каким образом тот узнал о нападении на паб.

— Мы волновались, — произнесла Эванс.

Очень сомнительно, но Сириус весело подмигнул ей:

— Эй, это же я. Что со мной может случиться? Ничего! Очередная красотка — и только-то. О! Нашел.

Он выудил атлас, снова заваливая стол бумажным хламом.

— Поговорим завтра?

— А ты не хочешь пропустить стаканчик-другой огневиски? — спросил Сохатый.

— Спасибо, Джеймс, но мне нужно еще кое-куда заскочить.

— Я не буду мешать вашей компании, — благородно предложила Эванс.

— Не стоит, малышка. Мне позарез нужно кое-что сделать сегодня. Я потом все расскажу. Завтра? Идет?

Луни удивленно переглянулся с Эванс, а Сохатый с Хвостом, но Сириусу было плевать. Мякголап рвал когти и хотел только одного — вернуться в тот номер.

Только бы Дэн никуда не смылся.


***

— Итак, давай пройдемся по твоим данным еще раз.

Дэн мерил комнату шагами, а Сириус сидел на подоконнике и отчитывался. Его атлас произвел впечатление, Дэн похвалил его еще и за чары консервирования и воспроизведения информации. Эх, видел бы он, какую карту Сириус сделал с Мародерами. Как жаль, что ее конфисковали.

— Семидесятый год, — заглянув в атлас, прочитал Сириус. — Странный камнепад в Кеттоне разрушил десять домов — пострадали как маги, так и магглы. Погибло восемь человек.

Дэн подошел к карте и приколол, безо всякой магии, маленький клочок бумаги в Лестершире.

Сириус, невольно косясь на него, продолжал зачитывать всплывающему на страницах информацию. Дэн двигался энергично, но при этом легко, будто рассекал на метле, а не перебирал ногами по полу. Интересно, любит ли Дэн летать? И каков он в воздухе?

— В семьдесят первом, 27 января, пожар на севере Уэльса уничтожил целую деревню. «Пророк» сообщил: «Нет причин подозревать Адское пламя».

Дэн хмыкнул, оценив шутку. И Сириус отвлекся на его лицо. Тонкие губы и волевой подбородок, точно очерченный овал лица. Ничего особенного, но не оторваться.

— В начале февраля случился бой в Белфасте, — продолжил Сириус, когда Дэн многозначительно кашлянул. — В семьдесят втором прошла серия убийств министерских чиновников. Погибли: заместитель отдела магопорядка, старший сотрудник отдела происшествий и катастроф, сотрудник отдела тайн, секретарь Визенгамота. Покушение на министра магии удалось предотвратить. Всего в семьдесят втором сорвалось три покушения.

Дэн постучал пальцами по стене. Длинными и гибкими пальцами. Такими весьма удобно ловить снитч. Или… блядь!

— Затишье на год, — быстро отвел глаза Сириус. — Но по маггловским газетам я увидел разные взрывы от бытового газа, террористические акции, покушения на их чиновников. Вполне вероятно, что виноваты несчастные случаи и магглы-террористы, но к части преступлений могли приложить руку наши друзья.

— Возможно, — согласился Дэн.

Дэн не замечал, что Сириус его рассматривает, полностью сосредоточившись на словах. Пожалуй, никто и никогда так серьезно Сириуса не слушал. Вообще, никто и никогда к нему серьезно не относился, даже Сохатый. Поэтому поощрение от такого опытного колдуна, выследившего Селвина-старшего, вдвойне льстило.

— После семьдесят пятого они перестали скрываться. Стали оставлять на местах преступления фирменный знак — череп со змеей. Тогда убили несколько членов Визенгамота. Было покушение на главу аврората. При этой попытке погибло несколько авроров и зам. главы отдела магических существ. Даты атак совершенно разные. Допустим, с покушениями они подстраивались под расписание нужных магов. А что делать с акциями устрашения? Просто со взрывами?

Дэн, шагавший к карте, изящным пируэтом, будто приветствуя соперника в дуэли, повернулся к нему.

— Почему ты не допускаешь, что и взрывы подстроены таким образом, чтобы устранить нежелательных людей?

Сириус отбросил атлас.

— Я допускаю. Но мы говорим о гении, так? И он явно мыслит для нас иррационально. Он не любит магглов и заботится о чистой крови, поэтому его акции должны причинять ущерб магглам и противникам чистокровных, так?

Но Дэн покачал головой.

— Неверная посылка. Он никого не любит. И магглов не любит в равной степени, как и чистокровных. Ему плевать, сколько чистокровных погибнет, пока он идет к своей цели. И сколько магглов — тоже. В этом он весьма рационален и может быть просчитан.

Сириус никак не ожидал услышать такой вывод. Как и того, что Дэн улыбнется. Широко и лучезарно — трудно от такой улыбки отвести взгляд и трудно не улыбнуться в ответ. Но Сириус очень постарался.

— С чего ты взял? Догадки? Интуиция? Или посмотрел в хрустальном шаре?

— Нет, я точно знаю.

— Откуда? Как?

— А вот это уже неважно. — Дэн остановился напротив. — Предположим, акции устрашения несут смысл. Даже больше, он обязаны нести какой-то смысл для той публики, которой он дает порезвиться. — Глаза Дэна засверкали и стали выглядеть неестественно ярко. — Для чистокровных Пожирателей. Ты не смотрел выпуски накануне, за несколько дней до акций? Может, выходил закон, забирающий у них часть привилегий? — Ярко-синие глаза, светлая кожа, черные волосы создавали сильный контраст, делая лицо крайне выразительным, и Сириус перевел взгляд на губы, чтобы не только слышать, но и видеть артикуляцию, лучше вникая в слова. — И кто именно инициировал этот закон? И потом… одним из средств повышения в должности является уход старого сотрудника. Не мешали ли погибшие колдуны кому-то из новичков?

Сириус, забывшись, соскочил с подоконника и стиснул Дэна в объятиях, будто бы тот забил решающий мяч и принес дополнительные очки команде. На лице Дэна промелькнуло удивление, и Сириус усилил его, не смог удержаться от шалости: наклонил голову и коснулся его яркого рта своим ртом.

Дэн растерялся, Сириус почувствовал, как тот застыл, но на поцелуй ответил. Нижняя губа Дэна оказалась обветренной, а верхняя мягкой. Ресницы его дрогнули, и Сириус опомнился первым, раньше, чем Дэн прикрыл глаза.

— Я за газетами. Дождись меня.

Не оглядываясь, боясь увидеть усмешку, разочарование или спокойствие на лице Дэна, он буквально вскочил в камин, призывая без палочки банку с порохом.

И только у себя в гостиной смог хорошо просмеяться, несмотря на то, что весело ему не было.

Вот что он сотворил? Была же ясная цель: помочь Дэну, заняться делом, заодно попросить натаскать в дуэлях, в практике. Зачем? Просто потому что Дэн странно мыслит? Прекрасно и безумно? Мало девчонок? И если захотелось экспериментов, почему вдруг сейчас, а не раньше? О таких вещах все становится ясно в период созревания. С чего удивленное лицо Дэна подействовало, как призыв к действию?

Сириус стукнул пару раз кулаком по стене и по своей пустой голове. И пошел собирать газеты.

Дело прежде всего.


***

— Ищи в газетах любую мелкую возню; все проявления бюрократии, — произнес Дэн, прежде чем они погрузились в полуночное чтение.

Сириус скептично отнесся к его словам: министерство магии давно уже имитировала деятельность — бюрократические казусы случались сплошь и рядом. Но Дэн отчеркнул в ироничной статье с заголовком «Бессилие силового отдела» назначение Крауча на пост главы отдела магического правопорядка. Выделил «Кругосветные магические путешествия» — в статье говорилось, что многие маги полюбили уезжать смотреть мир, порой забыв предупредить о долгом отсутствии своих близких. Сириус принял статью за рекламу туристического агентства «Быстрокрылый пегас», но у Дэна были свои соображения.

— Удобное прикрытие для преступников. Похитить человека, пока остальные считают, что тот уехал путешествовать…

Он выделил назначение в отдел магических существ некоей Долорес Амбридж. Отказ предоставить кентаврам часть земли на границе Запретного леса и Хогсмида. Статью о первой удаче министерства — в ней говорилось, что особые полномочия, предоставленные Аврорату, наконец дали результат. Десяток разных курьезных случаев буйного помешательства, когда кто-то или начинал подшучивать над магглами или творил всякую ерунду, как, например, Дуглас Кларк, напавший на гоблина и потребовавший пересмотра итогов последней войны. И, конечно, несчастные случаи и криминальную хронику.

— Невеселая картина вырисовывается.

— Думаешь, за всем стоит Волдеморт?

— Смотри, переговоры о передаче земельных угодий кентаврам шли несколько лет. Затем погибает заместитель главы отдела магических существ, сотрудников отдела повышают на одну должность и берут новичка. После чего переговоры срываются. Дальше, переговоры велись и между гоблинами. Речь шла о разрешении им пользоваться волшебными палочками в обмен на подписание мирного договора — после последней войны гоблины так и не подписали договор. Они требуют, чтобы все вещи, изготовленные гоблинами, возвращались после смерти заказчика — к ним. Волшебники не хотят отступать от права передавать частную собственность по наследству. Тупиковые переговоры, но попытки велись. И тут нападение Дугласа Кларка.

— Оно расстроило переговоры?

Сириус скептично фыркнул и пересел на кровать.

— Ничего? Я немного устал от стульев, а пол у тебя жесткий.

— Не беспокойся, — махнул рукой Дэн, и снова принялся ходить взад-вперед. — О чем я говорил?

— О Дугласе Кларке, напугавшем гоблинов.

— Не напугавшем. Разозлившим. Кларка даже не наказали штрафом или условным сроком — вот что вызвало срыв переговоров. На словах волшебники были готовы признать гоблинов равными, на деле они поставили их ниже колдуна.

— И это выгодно Волдеморту?

— Министерство в будущей войне потеряла уже двоих союзников, причем весьма сильных: гоблинов и кентавров. Так что да, выгодно. Более того, когда Волдеморт пойдет с переговорами к магическим существам, у него на руках будут прецеденты.

— А с чего кентаврам или гоблинам поверить другому колдуну?

Дэн остановился и оперся коленом о столбик кровати.

— А с чего Волдеморту идти именно к ним? Зачем? Он пойдет к великанам, оборотням. Тем, кого явно не любят волшебники.

— Логично, — согласился Сириус. — И просто. Просто, пока ты мне не разжевал.

— Ничего, скоро и сам научишься. Ты просто не фокусировал свое внимание на таких мелочах, а когда видел следствие — не знал, как найти причину. Ты научишься, — повторил он со своей странной, будто бы всезнающей улыбкой.

Сейчас или никогда. Сириус собрался и как на духу выпалил:

— Почему ты не остановил меня?

Левая бровь Дэна удивленно приподнялась. И улыбка стала казаться недоуменной.

— Когда я поцеловал тебя, поначалу в шутку, почему ты не остановил меня, пока…

Пока не стало все серьезно — хотел сказать он и не смог.

— Может быть, я был не против?

Лицо Дэна сделалось непроницаемым, будто он собрал все эмоции и спрятал их на дно сундука.

— Тогда почему ты не остановил меня, когда я практически сбежал?

— Потому что я хочу, чтобы ты был уверен?

Сириус поймал отворот мантии и потянул на себя, пока ловкий и умеющий держать баланс Дэн не свалился сверху, нечаянно опрокинув навзничь и его. Сириус перекатился на бок, убрал волосы с лица Дэна. Тот моргнул и закрыл глаза, но никак иначе не помог Сириусу.

Уж в постели Сириус точно никогда не тушевался, и этот раз не стал исключением. Он лег на Дэна, покрывая его всего собой, не упустив случая потереться пахом о его пах. Дэн обнял его за плечи, едва касаясь, и Сириус затеял любимую игру, в которую играл с разными девчонками: чтобы раззадорить партнершу он терся носом, как слепой щенок, тычась губами в подбородок, шею, нос и лоб, но отворачиваясь от поцелуев, чтобы потом сорвать один настоящий, долгий, глубокий французский.

Но трюк не прошел, и раздосадованный Сириус сам увлек Дэна в затяжной поцелуй.

Когда они оторвались друг от друга, Дэн уже не выглядел таким невозмутимым. Он не скрывал восторженного взгляда и лучезарно улыбался. Взъерошенные волосы и лихорадочный румянец прибавляли ему привлекательности.

— Какой же ты, Сириус, порывистый, — пробормотал он и поддался вперед, чтобы вернуть все долги.


***

Секрет Дэна оказался таким тривиальным, что Сириус, пожалуй, был разочарован. Дэн составил досье на каждого известного Пожирателя, за которого объявили награду, собрал круг знакомств, и начал следить за ними. И каждый день внимательно изучал газеты. Сириус теперь и сам начинал завтрак с прессы.

— Надо будет проследить за Краучем, — намазывая апельсиновый джем на булку, произнес Сириус утром в пятницу.

Прошло уже две недели с их встречи, и Сириус практически поселился в номере Дэна. Пару дней он под видом Мягколапа караулил кузину — они ждали очередную вербовку для пополнения рядов Пожирателей.

— Зачем следить за Краучем? — спросил Дэн.

— Он добился принятия закона о военном времени.

— Сажать без суда и следствия?

— Если преступник взят на месте преступления и улики однозначно указывают на его вину. Хорошая идея. Потому что хороший адвокат всегда может отмазать богатого ублюдка.

Дэн глубоко вздохнул, явно не соглашаясь с его доводами. Он отпил чая с молоком и задумчиво постучал себя пальцами по губам. Такие провокационные жесты Сириус бы с удовольствием запретил бы вне постели.

— Думаю, за самим Краучем следить не стоит. Он надежно защищен, да мы и близко подойти не сможем, нас сразу обнаружат. Особенно Мягколапа. Но вот последить за его сыном стоит.

— Ему что-то угрожает?

— Нет, вряд ли.

— Тогда я не понимаю…

Сириус давно привык к нестандартному мышлению Дэна, но иногда тот умел поставить его в тупик.

— Похитить сына Крауча — сильней подстегнуть того к эскалации. И всех, кто недоволен нерешительностью министерства. Крауч уже получил возможность убивать преступников, если при задержании есть риск для авроров, и сажать в Азкабан без суда и защиты. А представь, какие меры одобрят, когда пропадет его сын? Нет, Крауча-младшего трогать не станут. Но могут превратить его в оружие против врага.

— Как?

— Завербовав на свою сторону. Элементарно же. Найти слабое место и подставить плечо. Ничего не требовать, кроме некоторых одолжений. Делиться личными историями об отце, о том, как тому тяжело…

— Барти может стать Пожирателем? Ты не шутишь? Этот рохля-зубрила?

— Отличная идея.

— Безумная. Никто не поверит.

— Этим и отличная.

Сириус покачал головой.

— Откуда такой умник, как ты, взялся? Ты, наверное, учился на Равенкло. Признавайся.

Но Дэн в ответ лишь пригубил чай.


***

Грейбек попался через неделю. Дэн и Сириус плотно следили за ним последние пять суток, и стоило только приблизиться полнолунию, как оборотень вышел на охоту. В него пришлось вонзить двенадцать дротиков, пропитанных снотворным зельем, и ограничить свободу серебряными цепями. А потом они разделились: Дэн отправился в министерство с пленником, а Сириус забежал к себе переодеться и захватить у дядюшки бутылку вина — им было что отпраздновать.

В коттедже его дожидался сюрприз в лице Эванс. Сириус не видел ее около двух недель и был бы рад не видеть и дальше. Она стояла у книжного стеллажа и разглядывала корешки.

— Прости, что беспокою тебя. Я недавно пришла, камин был открыт. Думала написать записку, но решила дождаться.

Сириус прислонился к камину, скрестив руки впереди.

— Что-то случилось?

Он был уверен, что с Сохатым все нормально. И ему было плевать на тревоги Эванс, но приходилось быть вежливым.

— Нет. Все хорошо. И у меня, и дома, — Эванс прошлась по комнате, — и у Джеймса. Просто… ты не был на двух Мародерских пятницах. Ты отклонил две просьбы Джеймса встретиться. Пообещал забежать к нему, так и не сделал этого. Что происходит? Вы что поругались?

Сириус отрицательно помотал головой. Подумать только, он и не знал, что со стороны его вечная занятость может выглядеть как-то не так.

— Джеймс не находит себе места, все думает, что он не так сделал или сказал. Или это из-за меня? Я что-то не то сказала? Сделала?

Эванс взволнованно на него смотрела, и внутри Сириуса что-то дрогнула. Кого-то она ему напомнила. Кого-то близкого.

— Между нами нет обид, совершенно точно, — почти честно ответил он. — С моей стороны точно.

А если и были, то больше не будет.

— Значит дело в том, что он отдалился от вас, от тебя? И у вас, — Эванс сбилась на мгновение, но тут же поправилась, — то есть у тебя появилась своя жизнь?

— Почти угадала.

— Сириус, не надо так, — Эванс упала в кресло. — У него же никого нет, кроме тебя, Пита и Рема. Вы для него как братья. Если это шутка — скажи, он поймет. Если обида — скажи, он исправится.

Ее не узнать. Не первая ученица Хогвартса, готовая на все навесить ярлыки и прочитать мораль. Пожалуй, здесь и сейчас она настоящая. А там, в Хогвартсе, носила маску. Как и он. Как и все они. Обычный испуганный ребенок, готовый от страха взять все, что получится, под контроль. Весьма по-гриффиндорски.

— Лилс, — он присел перед ней на корточки. — Никаких обид и шуток. У меня… ну вроде… того-этого.

Она недоуменно посмотрела на него.

— Того-этого?

— Вроде как роман. Ничего серьезного. Но мне пока не надоедает встречаться каждый вечер с одним и тем же человеком.

Ему удалось вызывать у нее улыбку. И какую! Казалось, будто сквозь тучи проглянуло солнце. Эванс — хотя нет, не Эвас, а Лили! — обрадовалась.

— Это замечательно, Сириус. Бекки, да?

Сириус озадаченно почесал затылок.

— М-м… Бекки? Какая Бекки?

— Та девчонка с рок-концерта. Ты приводил ее один раз в паб.

— А-а… да, то есть, нет, не Бекки. Это… совсем не Бекки. И никакая другая девчонка. Я… — он собрался с силами и бухнул: — Я встречаюсь с одним колдуном. Он ловит Пожирателей, а я на подхвате.

Лили ахнула.

— Пусть это будет нашим секретом, лады?

— У меня нет секретов от Джеймса.

— И очень зря.

Сириус сел удобнее, опираясь спиной на кресло, спиной к ней.

— Хотел бы я, чтобы у него тоже не было секретов. Но я ничего не знаю. Мы видимся каждый день, и я не знаю, когда он родился, кто его родители, любит ли он квиддич. Я даже не знаю его настоящее имя. Я смеялся над Джеймсом, а оказалось, важно знать любые мелочи. Но он не подпускает меня к себе. И в то же время он доверяет мне. Как такое может быть?

Лили провела ладонью по его голове.

— Дай ему время.

— Я не из самых терпеливых, ты же знаешь.

— Расскажи мне о нем.

Ее ладонь скользила по его шевелюре, макушке, затылку — и Сириус на мгновение задумался, не перекинуться ли ему в Мягколапа. Но вместо этого он прикрыл глаза и стал рассказывать о самом удивительном и храбром человеке в своей жизни.


***

Идиллия закончилась в августе. Дэн и Сириус попали в ловушку, и им пришлось отбиваться от пятерых Пожирателей разом. Было довольно весело уклоняться от опасных заклятий, прикрывая друг другу спину. А потом появились авроры, и все полетело к Мордреду.

Командовал отрядом зеленый Фрэнк Лонгботтом. Он установил противоаппарационные щиты и взял всех в кольцо. Его люди смогли обезвредить двоих Пожирателей, Дэн и Сириус добавили еще одного. Оставшиеся двое опустили палочки. Четыре аврора подошли к ним. Фрэнк, Дэн и Сириус стояли настороже, готовые при случае дать отпор. И не заметили, как один из поверженных Пожирателей достал запасную палочку и выстрелил заклятьем. Дэн оттолкнул Сириуса, но сам увернуться не успел. Черный луч чиркнул по нему, и Дэн упал.

Фрэнк сориентировался мигом, его оглушающее могло вырубить четырех разом, и больше сюрпризов не было. Чтобы наверняка, Фрэнк послал оглушающие и в остальных.

Сириус опустился на землю, перевернул Дэна. На его лице застыло удивление. Таким он был, когда Сириус его поцеловал первый раз. Свой нечеловеческий рык он не слышал, просто изнутри рвалось наружу что-то темное, ослепляющее, оглушающее и жгучее.

— Нас же учили, что они могут притворяться без сознания, — проговорил Фрэнк. И тон у него был сокрушенным. И только за это хотелось вцепиться ему в горло.

Рядом кто-то присел. Кажется, Алиса. Она положила руку на шею Дэну. Потом взяла за запястье. Потом произнесла речитативом диагностические чары.

— Он жив. Но без сознания. Фрэнк, надо узнать, чем в него попали. Сыворотка правды у меня в кармане. Сириус, давай помогу доставить твоего друга в Мунго. Его там поднимут на ноги в два счета.

Она давала распоряжения и вела себя так спокойно, что Сириус поверил ей. И отказался уходить из Мунго на первый и второй день.

Сириус машинально читал газеты: Фрэнка повысили за взятие группы некого Долохова. Среди арестованных все известные фамилии: Эйвери-младший, Макнейр, Нотт и Селвин-младший. Общественность возмутилась, пошли разговоры об отставке министра. Обычная пена после событий.

Сириус тупо сидел, как верный пес, и не понимал: как так вышло? Если бы он заметил луч, то Дэну не пришлось бы подставляться. Если бы он проверил, без сознания ли Пожиратели, то они с Дэном поужинали, а потом завалились бы спать — и на это раз просто спать, без всяких шалостей. А вот наутро, набравшись свежих сил…

Долохов, Эйвери, Макнейр, Нотт и Селвин отправились прямиком в Азкабан, на корм дементорам. Именно Долохов угостил Дэна своим эксклюзивом — заклятьем костяной иглы. И несмотря на то, что Алиса и Фрэнк смогли выпытать у него формулу, колдомедики бились уже второй день с контрпроклятьем.

Только к вечеру им удалось нейтрализовать опасность. Сириуса никто в палату не звал, когда они вывели из комы Дэн, но он просочился мимо ассистентов, и остановить его не решились.

Дэн, бледный, в испарине открыл глаза, и сразу наткнулся взглядом на Сириуса.

— Линзы, — еле внятно выдохнул он.

— Что? — не понял Сириус.

— Режет глаза. Линзы. Убрать.

— Мерлин! — до лечащего колдомедика дошло. Он взмахнул палочкой, и из глаз Дэна выскочили два крохотных мутных стеклышек. Дэн близоруко сощурился, и ему наколдовали очки.

Внутренности Сириуса свело холодом. Его отшатнуло от Дэна. Такого не может быть, просто потому что не может быть. Дэн выглядел как неточная копия Джеймса. Черты лица были чуть тоньше, разрез и цвет глаз был иным.

И глаза у него были не синие.

А зеленые.

Неужели Сириус влюблен в Джеймса? В почти-что-брата? И не потому ли он обижался и ревновал Лили?

Неужели Дэн всего лишь суррогат?

Сириус шагнул назад, нащупал ручку двери и дал деру.

Больной взгляд Дэна жег ему спину, но остановиться Сириус не мог. Остаться? Объясняться? Прости, я понял, что люблю друга, а ты просто похож, временная замена? Никогда. Пусть лучше считает его мудаком, чем так.

По большому счету он и есть мудак.


***

У них с Дэном не было общих знакомых, поэтому никто не пришел разобраться с Сириусом. Никто не принялся доставать неудобными вопросами, не пристыдил его. Дэн пропал, он понял все без слов и не стал навязываться — благородный, терпеливый и всепрощающий. Сириус злился на него за все разом, злился на себя. Сириус заперся дома, не желая появляться в Дырявом котле, министерстве, в Косой аллее — везде, где можно было случайно наткнуться на Дэна.

Никогда так муторно Сириус себя не чувствовал. Даже когда приехал домой на зимние каникулы на первом курсе, и мать устроила ему бойкот за распределение в Гриффиндор. Даже когда он решился уйти из дома. Даже когда он чуть не подставил Луни со Снейпом.

Друзья почуяли, что с ним что-то случилось. Они зачастили в гости, по одному. Луни намекнул на компанию в полнолуния. Питер принес бутылку меда мадам Розмерты и распил ее вместе с Сириусом. Джеймс нашел атлас и загорелся наложить чары, как на карту.

— Что если изменить условия? Показывать не всех, кто есть, а тех, кто накладывает определенные заклятья. Непростительные. Взрывающие.

Он умчался в библиотеку министерства, составлять такой список и переводить его в рунную вязь, и за Сириуса взялась Лили. Днями она его таскала по Лондону: по кино и музыкальным магазинам, пока он ей все не выложил, как на духу.

Возможно, тому виной ее глаза, так похожие на глаза Дэна.

Конечно, Сириус отредактировал историю. Он не сказал, чего именно испугался в палате. И Лили поняла, что он испугался потерять любимого человека.

Они носились с ним, как с чем-то хрупким и нежным, и к весне Сириус перестал хандрить.

— Вот и отлично, — обрадовалась Лили. — Мы как раз собирались попросить тебя стать шафером на нашей свадьбе. Но ты был слишком мрачен для этой роли. И мы свадьбу немного отложили.

Атлас Джеймс доделал к июню, аккурат к свадьбе. Лили, вместо того, чтобы бегать и покупать кольца к салфеткам и Мерлин знает чего еще, добавила сигнальных чар — и теперь они могли отследить любую подозрительную активность. Составили график дежурств: атлас непременно был у кого-то из Мародеров, и тот следил за ним в свой день и мог поднять остальных по тревоге. Дважды у них случился фальстарт — они аппарировали по координатам и находили строителей, сносящих старые развалины.

Благодаря всеобщей заботе Сириус пришел в себя ровно настолько, чтобы снова нацепить маску безрассудного раздолбая. Он устроил лучший мальчишник Сохатому и лучший девичник Лили. Он был самым лучшим шафером во всей Англии и всю свадьбу веселил гостей. И казался счастливее всех.

Его поддерживала очень простая мысль. Дотерпеть до финала, а потом выпить столько огневиски, сколько получится. Протрезветь через сутки и тогда уже разбираться, что делать дальше.

Молодоженов он отправил портключом в медовый месяц около десяти вечера. Ровно в одиннадцать, когда все гости разбрелись по домам, он вышел на улицу Годриковой Лощины. И отчетливо в свете фонарей увидел Дэна.

За прошедший год тот ничуть не изменился. Разве что снял мантию. В обычных джинсах и простой рубашке, с закатанными рукавами, Дэн сидел боком на его мотоцикле. Очков на нем не было, а линзы в этот раз были прозрачными.

Дэн неуверенно улыбнулся. И сказал то, что Сириус, неожиданно для себя, давно хотел услышать:

— Прокатить?

@темы: гарри поттер, слэш, фик

URL
   

Мой архив

главная